О дровах, пожарах и порубках

Выбор редакции13.06.2018 11:42  /   №20 (11979), 17 мая 2018 г.  /  Совещание, состоявше­еся в Таре 4 мая, которое провела зампред областного правительства Татьяна Вижевитова, было посвящено проблемам лесной отрасли района – борьбе с пожарами и черными лесорубами, а также усложнившейся процедуре самозаготовки дров.



Легче предупредить, чем тушить
В апреле и мае, пока не вырастет зеленая трава, в лесном хозяйстве нет важнее заботы, чем сберечь лес от огня. В сухую и ветреную погоду от одной спички или окурка за день может сгореть столько, сколько не сумеет вырубить за год самый черный лесоруб. С этого вопроса и началось заседание.
Региональное правительство установило с 3 мая по 10 июня особый противопожарный режим, запрещающий выжигание  сухой травы, разведение костров и использование открытого огня. Также ограничено посещение гражданами лесов, усилено патрулирование местности и увеличены штрафы за несоблюдение правил пожарной безопасности. Несмотря на запреты, в Тарском районе на момент совещания было зафиксировано 15 термических точек. 
– К пожарам готовы, однако даже в нашей части самая новая техника 2004 года, – обозначил первую большую проблему начальник ПЧ-58 Алексей Рыбьяков. – Постоянно выходит из строя. А та, что в сельских поселениях, – с советских времен и жива еще только благодаря усилиям местных глав.
Однако тушить – крайняя мера, легче пожар предупредить. Так считает заместитель начальника Главного управления лесного хозяйства (ГУЛХ) Ольга Шарапова. Лесхозы сейчас не финансируются в таком объеме, как прежде. Поэтому главная задача – организовать контроль. Если люди об этом будут знать, они побоятся бросить спичку.
В прошлом году 5 пожаров ушли в лес с полей, которые пользователи сельхозземель должны были опахивать. Но этого практически нигде нет, не только в Тарском районе. Проблема севера области в том, что данные земли имеют только статус, они не обрабатываются никем и никому не принадлежат. 
– Выезжаем на место, – говорит начальник Отдела надзорной деятельности Александр Плюснин, – там березняк полтора метра высотой. Тогда к ответственности привлекаем главу, поскольку данный земельный участок в границах сельского поселения… Это либо предупреждение, либо штраф 6 тыс. рублей.
– Глава-то причем здесь?! – послышались возмущения селян, готовых отвечать за свои населенные пункты, но не за брошенные угодья развалившихся колхозов. Государство в данном случае сделало их крайними, и вопрос этот можно решить только на федеральном уровне. 
– У нас есть депутаты Госдумы, два сенатора в Совете Федерации, есть ОНФ, – назвала возможный путь решения проблемы Татьяна Вижевитова. – Надо создать рабочую группу, пригласить представителей МЧС, выработать конкретные предложения.
Этой весной лесных пожаров пока не случалось, а в прошлом году их было 14: один от короткого замыкания, 11 – от неосторожного обращения с огнем, а еще два – от занесенного источника огня, проще говоря, умышленных поджогов. Такие факты были зафиксированы у села Междуречье и деревни Уразай. В одном месте – сразу четыре очага возгорания, в другом – два.
Для чего поджигают лес? Низовой пожар большого вреда деревьям не нанесет, зато у лесорубов появляется надежда, что этот массив им отдадут под санитарные рубки.
– Удалось ли совместно с полицией установить лиц, которые поджигали, и, может быть, привлечь к ответственности? – задал вопрос координатор региональной группы общественного мониторинга ОНФ по проблемам защиты леса Игорь Новошинский. 
– Материалы были переданы в полицию, так как это их подследственность, – пояснил Плюснин. – Но полиция вынесла постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.
В свою очередь заместитель начальника Отдела МВД по Тарскому району Валерий Бакушин сослался на проверку материалов прокуратурой, значит, в них нет состава преступления. Таким образом, МЧС считает, что поджог был, а МВД – нет. 
Поднимались также вопросы о необходимости страхования сельскими поселениями участников добровольных пожарных дружин и по взаимодействию лесхозов: товарно-денежные отношения не способствуют взаимопомощи в тушении пожаров. 
Еще одна проблема – брошенные в лесах порубочные остатки. О ситуации в Тарском районе Вижевитова спросила начальника ГУЛХ Сергея Максимова, который заверил, что проверки и патрулирование проводятся ежедневно, по завершении заготовок все деляны принимаются. Сопредседатель регионального отделения ОНФ Людмила Жукова пообещала показать принятые деляны, где не только человек, но и лось ногу сломит. Захламленность лесов после рубок подтверждали и другие участники совещания.  
Лесники в свое оправдание говорили, что работа проводится, протоколы составляются, но слишком мала штатная численность, катастрофически не хватает людей.

Долгая дорога за дровами
Издевательством над людьми называют главы поселений процесс получения дров: приходится за десятки километров съездить по нескольку раз в лесничество, на отвод лесосеки, в банк для оплаты… Долго и недешево. И деляна может оказаться за тридевять земель, в малодоступном болоте. 
Около 120 тыс. кубометров дров надо населению на территории Тарского лесничества и 45 тысяч – в Васисском. Отвод лесосек сдерживает отсутствие лесоустройства. Для этого необходимо 385 млн рублей, ГУЛХ ставит задачу прежде всего потратить 85–90 миллионов на работы в  Тарском и Знаменском районах. 
Тем не менее, древесины для дров достаточно. Сложность, по словам Ольги Шараповой, в том, что гражданин должен сам обратиться в лесничество. А длительность обу­словлена необходимостью проверить: не получил ли он в этом году дрова в других лесничествах, затем подготовить договор купли-продажи и передать лесосеку в натуре. В прошлом году изменения в законодательстве обязали вести учет древесины до ее вывоза из лесосеки, а граждан – отчитываться после заготовки, предоставляя фотографии деляны. А еще закон запрещает дровами расплачиваться – отдавать часть тем, кто непосредственно пилил и рубил, хотя, конечно же, привлекать подрядчиков можно.
В работу по обеспечению селян дровами вовлечены главы поселений, однако и те не поспевают за всеми постоянно меняющимися требованиями. 
Вопрос: При выписке требуется свидетельство и паспорт на дом, но свою недвижимость оформили лишь единицы. Что делать остальным? А таких 90%.
Ответ: Можно предоставить иной документ – например, выписку из похозяйственной книги. Никому на этом основании не отказывали.
Вопрос: Две деревни, Ишеево и Крапивка, не знают, куда ехать, в Тару или Васисс? 
Ответ: Гражданин вправе получить дрова там, где ему удобнее. 
Вопрос: На оформление делян ушло 45 дней. Люди понемногу начали готовить. Но теперь в лесу быть запрещено, а после 10 июня туда не зайдешь из-за комаров. 
Ответ: Да, сейчас введен особый противопожарный режим, но готовить можно. Сжигать ничего нельзя! Если класс пожарной опасности увеличится, будут вводиться ограничения на посещение лесов, но не по всей области, а по районам. Когда все вокруг горит, вы и сами поймете, что лучше в лес не заходить. 
Оказывается, можно и кого-то вместо себя отправить в лесничество выписать дрова, хотя с этим возникают проблемы. Доверенность, выданная сельской администрацией, приравнивается сейчас к нотариальному заверению. 
Нередко выделенная лесничеством деляна оказывается там, куда нельзя заехать. Люди просят другое место, а в нем – не положено. Однако через какое-то время тот массив, где «не положено», выпиливают тарские предприниматели. Причем главы часто не знают, кто арендует лес на их территории.
Междуречье и Ложниково предлагали пустить на дрова заросли вдоль дорог, чтобы они продувались и скорее просыхали.
А глава Соускановского поселения Валерий Котовщиков предложил лучшее решение дровяной проблемы – провести в район газ.
Татьяна Анатольевна призналась, что о многих поднятых проблемах ей было неизвестно. Она пообещала, что проект решения будет доработан, все предложения, в том числе и по газификации, будут учтены, а по всем вопросам разработаны методические рекомендации, которые направят в район и каждое поселение.

Черный миллиард
Немного статистики по нелегальным лесозаготовкам привел начальник отдела надзора ГУЛХ Иван Камчатный. Так, в прошлом году в области зафиксировано 385 незаконных рубок. Объем ворованной древесины составил 18 тыс. кубометров, ущерб – почти 99 млн рублей. К административной ответственности привлечено 954 лица. Ежегодно больше всего случаев и до 70% от общего объема «черных» заготовок, к сожалению, в Тарском районе. В 2017 году в Тарском лесничестве таких фактов было 68, объем – 13,9 тыс. кубометров, ущерб – 76 млн руб­лей. В Васисском – 10 случаев и 624 кубометра. Кроме того, за последние 3 года расторгнуты 17 договоров аренды за грубые нарушения при использовании лесных участков. 
В 2018 году в Омской области зафиксировано 55 порубок, из них в Тарском районе только 9. 
Иван Александрович отметил снижение незаконных заготовок: в 2012 году, к примеру, их в области было 575 (52 тыс. кубов). Главная проблема в борьбе с нелегалами – нехватка людей. Сравните: до принятия нового Лесного кодекса, до 2006 года, эту работу в регионе вели 1,5 тыс. человек, сейчас – всего 146 инспекторов, в то время как развал колхозов и безработица на селе подталкивают население к воровству древесины. 
– Вы сказали, что ущерб – 76 млн рублей, – попросил уточнить Камчатного глава района Евгений Лысаков. – Это 50-кратная стоимость леса на корню?
– Да. 
– То есть, если бы люди не стали воровать, а заплатили за эти кубы, государство получило бы всего 1,5 млн рублей. Вопрос: откуда миллиардный ущерб, о котором столько говорят?
– Это прозвучало от правоохранительных органов, мы сделали запрос в МВД, и лично от Коломийца пришел ответ с разъяснением, что миллиард – это сложенные суммы за 10-летний период, с 2008 года, умноженные на 50.
– Так в 2017 году продолжали воровать лес? В этой связи у меня большая просьба к присутствующим здесь представителям полиции, ГУЛХ, ОНФ – не снижать интенсивность борьбы с браконьерством. 
В то же время, по словам Валерия Бакушина, за 4 месяца 2018 года по статье 260 Уголовного кодекса РФ «Незаконная рубка» возбуждено 108 дел, три из них окончены и переданы в суд, при этом следует принять во внимание, что 100 дел были возбуждены СУ СК России по Омской области в отношении установленных лиц по преступлениям, совершенным в 2013–2014 годах.
В заключении Татьяна Анатольевна предложила силовым структурам по возможности делиться информацией с прессой, чтобы население воспринимало ситуацию, как она есть: – Если есть нарушения, давайте все вместе эти нарушения будем устранять, но кричать во все горло о том, что здесь только черные лесорубы, я думаю, не надо. Давайте разберемся в своих проблемах сами здесь, внутри, на территории.

Фото: Евгений Захаров / Тарское Прииртышье


автор: Сергей Алферов
просмотров: 701
комментариев: 1


Добавить комментарий

Имя (nick)

Комментарий

Обновить код

Введите код, который видите на картинке сверху


Отправить


Комментарии
13.06.2018  ТАРСКИЙ НИЩЕБРОД
Опомнились когда уже всё украли. ЕСЛИ БЫ НЕ ОНФ жили бы на болоте без всякого леса.