Столкновение

Накануне Дня моряка-подводника, который отмечается 19 марта, в нашу редакцию зашел тарчанин Андрей Гавриленко и спросил: «Что вы знаете про подлодку С-178?»

– По номерам их и не запомнишь. Наверное, она утонула?.. 

– Она столкнулась с гражданским судном и погибла в 1981 году. Я принимал участие в спасении ее экипажа. Могу рассказать, как это было, если интересно…

     В наш тревожный век многие с ностальгией вспоминают времена 40-50-летней давности. Но жизнь в Советском Союзе безоблачной только казалась, поскольку средства массовой информации изо всех сил старались выкрасить ее в розовый цвет, о плохом говорить запрещалось, а любая катастрофа сразу засекречивалась. Но, как и сейчас, поезда сходили с рельсов, самолеты падали, корабли тонули… 
     Старшине первой статьи Андрею Гавриленко до дембеля оставалось чуть больше недели. Никаких походов или учений не предвиделось. В тот вечер, 21 октября, моряки-срочники не торопясь готовились в казарме к возвращению домой. Кто-то украшал свою форму, кто-то оформлял дембельский альбом, переписывал адреса сослуживцев-подводников, с кем в одном строю пришлось носить бескозырку долгих три года… 
     А в это время подлодка С-178 после двухдневного выхода в море возвращалась в надводном положении на базу в бухту Золотой рог. Капитан и часть команды поднялась наверх, на свежий воздух, однако на фоне вечернего Владивостока поздно распознали встречный объект, который шел, пригасив сигнальные огни. Гражданского судна в этом районе моря, на полигоне Тихоокеанского флота, не должно было быть, более того, оно обязано было пропустить военный корабль. Но рефрижератор с роковым номером 13 не думал уступать и протаранил субмарину. Одиннадцать человек смыло с мостика (семерых из них подобрали). Сама же подлодка меньше чем за минуту ушла на дно.

     – Нас подняли по тревоге, – вспоминает Андрей Николаевич (на фото). – Я служил радистом на спасательной подводной лодке. Их в Советском Союзе было всего две: одна – на Северном флоте, другая – на Тихоокеанском, наша БС-486 «Комсомолец Узбекистана». Не знаю, почему она так официально именовалась. Узбек на подлодке был всего один – наш кок. Все ее звали проще – «Ленок», как рыбу. На ней имелось два спасательных поисковых снаряда – две подводных мини-лодки, специально предназначенных для эвакуации людей с затонувших подлодок. Мы ложимся на дно рядом, от нас отходит этот снаряд и как бы присасывается к той лодке – в него после открытия люков переходят моряки. Мы не только знали, как действовать, но и отрабатывали возможные ситуации на учениях. 
     А ситуация на С-178 была такой. От удара в 6-й отсек субмарина зачерпнула столько воды, что там, а также в 5-м и 4-м отсеках ничего не ожидавшие моряки погибли в течение полутора минут. Четверым удалось загерметизироваться в 7-м отсеке, все остальные, кто уцелел, находились в первом и втором.

     – У подлодки есть аварийный буй, который всплывает наверх, но остается соединенным с лодкой кабелем, и с его помощью поддерживается связь. Пока наш «Ленок» шел к месту крушения, был в надводном положении, я общался с С-178. Мне передали, сколько в ней людей, что не хватает спасательного снаряжения. Радистом там оказался земляк Володя Климович, он из Речапово. Мы с ним вместе призывались и были в одной роте в учебке. Но во время дальнейшей службы я его не встречал, а тут нас снова свела судьба. После нашего погружения связи не стало: под водой общаются лишь перестукиванием, к тому же начавшийся шторм оторвал их буй.
     Как пояснил бывший подводник, каждому члену экипажа положено снаряжение – спасательный гидрокомбинезон с кислородным баллоном и дыхательным аппаратом. С его помощью в то время можно было выйти с глубины 165 метров. Но подниматься нужно медленно, иначе – кессонная болезнь. На аварийном тросе на определенных глубинах специально навязаны узлы, чтобы делать остановки. Там, где лежала С-178, было всего 32 метра. Но моряки, оставшиеся в постепенно заполнявшемся водой 7-м отсеке, не смогли открыть люк, выбраться через кормовые торпедные аппараты тоже не удалось. Спустя несколько часов связь 1-го отсека с ними по внутреннему телефону прекратилась.
     Сейчас перед командой «Ленка» стояла задача спасти людей, остававшихся в носовых отсеках. Однако люки есть только в третьем и седьмом. В первом еще имеются торпедные аппараты, но «присосаться» к ним поисковый снаряд не способен. 

Спасательная подводная лодка БС-486 «Комсомолец Узбекистана» или «Ленок». Фото из архива А. Гавриленко

 

Операцией по спасению экипажа под-
водной лодки С-178, впервые проведенной
в мировой истории, руководил начальник
штаба Тихоокеанского флота вице-ад-
мирал Рудольф ГОЛОСОВ. В 1970-е годы
он возглавлял дивизию, затем флотилию
атомных подводных лодок Северного фло-
та, и в 1978 году под его командованием
совершен первый в стране переход под
арктическими льдами группы подлодок
с Северного на Тихоокеанский флот. За
успешное выполнение ответственного
задания ему было присвоено звание Герой
Советского Союза.
А в годы Великой Отечественной во-
йны Рудольф Александрович был одним из
учеников 2-й Ленинградской военно-мор-
ской спецшколы, эвакуированной в Тару. И
этот снимок тоже был сделан на берегах
Иртыша, в июле 1987 года, когда большая
группа спецов приезжала в наш город.

     – Нас учили в учебке, и мы даже тренировались на небольшой глубине выходить в снаряжении через торпедный аппарат. Однако спасение людей через него было впервые в мировой практике. Наша лодка легла рядом на грунт, причем сделать это удалось далеко не сразу. Водолазы передали через торпедные аппараты снаряжение, после чего ребята стали один за другим выбираться обратно по узкой 7-метровой трубе – к свету. А водолазы потянули их снова вниз («Ленок» ниже лежал), и получалось, что пока они ловили одного и препровождали в нашу лодку – ведь кто-то, испугавшись, идти не хотел, даже кусок комбинезона у водолаза оторвал – двое успевали уйти наверх. Там тоже стояло спасательное судно – всплывших сразу помещали в барокамеру. Наверное, 12 человек поднялись сами, шестерых удалось переправить в «Ленок», среди них был Климович. 
     Без потерь не обошлось. Прямо в торпедном аппарате умер начальник штаба бригады капитан второго ранга Каравеков: не выдержало сердце. Кто-то из подводников погиб при всплытии, выбираясь самостоятельно, еще до начала спецоперации, кого-то вовремя не заметили и не поймали дежурившие наверху. 

     – Спасательные работы тянулись двое суток. Ребята, молодцы, держались из последних сил. Там, на борту, никакой паники не было. Я разговаривал с Владимиром о том, что происходило. Чтобы подбодрить команду, старпом Кубынин, взявший на себя командование, повысил всем классность, вписал в военные билеты новые звания, благодарности за дальний поход. А еще достал канистру со спиртом, чтобы в том холоде немного согреться… Потом никого не лишили классности, никого не разжаловали. Но никого и не наградили, даже наших водолазов. Подробностей, чем дело закончилось, я не знал: все было засекречено. Мы с моря пришли, и 29 октября я уехал домой. Когда был в аэропорту, слышал объявления: «Лиц, прибывших по телеграммам, просим обратиться к военному коменданту аэропорта…» Я так понял, что это для родственников погибших… 
     Интересная деталь – С-178 затонула на глубине 32 метра с креном 32 градуса и погибло 32 человека. Какая-то магия цифр. Но что же стало настоящей причиной трагедии? На рефрижераторе, судне ледового класса, способном раскалывать льды (что ему подводная лодка?), все отмечали день рождения старпома и были в изрядном подпитии. А виновник торжества, желая сократить путь и быстрее уйти из бухты, без разрешения оперативного дежурного сменил курс. По решению суда капитан рефрижератора был приговорен к 15 годам тюрьмы, старпом РФС-13, а также почему-то и командир С-178 – к 10 годам каждый. А еще после катастрофы на всех лодках установили проблесковые фонари, как на самолетах… 
     – Прошло почти 40 лет… Интернет сейчас позволил отыскать сослуживцев, переписываюсь с нашим водолазом Сергеем Овчинниковым, который живет в Находке, а также с одним из шести спасенных «Ленком» – Александром Зыковым, он на Урале, в городе Чусовом. Я пытался разыскать в Речапово Володю Климовича – лишь узнал, что он уехал в Омск, работал на стройке, получил травму, а медпомощь вовремя не оказали… Надо же, выжить в такой передряге и так нелепо погибнуть! А недавно раздался телефонный звонок – код 495, Москва. Думаю: кто это? Оказалось, старпом Сергей Кубынин. Благодарил за помощь, говорил, что вместе с писателем-маринистом Николаем Черкашиным они задумали книгу про С-178, ищут свидетелей тех событий.

     Сейчас, после стольких лет замалчивания, про катастрофу этой подлодки, аукнувшуюся в разных уголках страны, написано немало, снят даже документальный фильм. Его нетрудно отыскать в интернете. Сергей Кубынин, по сути, спасший два десятка жизней, уверен в невиновности капитана подлодки и утверждает, что всей правды мы до сих пор не знаем, она все еще за семью печатями. Но, по крайней мере, читатели «Тарского Прииртышья» теперь узнают, что участники событий, происходивших от Тары за тысячи километров, жили и живут рядом. 


Автор: Сергей Алферов
5 июня 2020
1    0


Чтобы оставить свой комментарий нужно авторизироваться в одной из соц. сетей